В закон «О пчеловодстве» внесли понятие натурального меда

24

Только сейчас выясняется, что в России до сих пор нет точного определения натурального меда. Тогда чему мы удивляемся, если то тут, то там покупаем не настоящий мед, а его заменитель на основе сахара? В Совете Федерации наконец решили расставить все точки над «i».

В закон «О пчеловодстве» предлагаются поправки, разъясняющие, чем фальсификаты и медовые продукты отличаются от настоящего меда. Эти дополнения должны утвердить в Минсельхозе России, и если все пройдет на «ура», то натурального продукта в магазинах станет больше.

Как ни странно, но в новом законе «О пчеловодстве», действующем с 1 июля 2021 года, ни сном ни духом не говорится, что же из себя представляет натуральный мед. Расшифровываются такие важные понятия, как пасека, пчелиный рой или маточная мисочка… А вот что такое собственно натуральный мед — тайна, покрытая мраком.

В Комитете аграрно-продовольственной политики Совета Федерации РФ взялись восполнить этот правовой пробел. Взялись, конечно, не от хорошей жизни. В существующем законе есть все для активного развития пасечного движения в стране. И, судя по статданным, пчеловодство у нас на месте не стоит, Россия входит в пятерку стран — крупнейших производителей этого продукта в мире, в минувшем году она произвела около 80 тысяч тонн меда.

Да вот беда: по оценкам экспертов, от 60 до 70% этого объема на рынке занимает не чистый натуральный мед, а его грубые подделки.

Как быть? В федеральный Минсельхоз от сенаторов Совета Федерации ушли поправки в закон «О пчеловодстве», где черным по белому прописано, что такое мед, а что такое его «производные».

Итак: фальсификация продукции пчеловодства — это умышленное действие, в результате которого она теряет свойственные ей качества.

Медовый продукт в поправках классифицируется как пищевой продукт, производимый на основе меда.

Ну и, наконец, сам мед, вершина натуральности и естества: «природный продукт, результат жизнедеятельности пчел, выработанный из нектара растений, который пчелы собирают, преобразуют, обезвоживают и оставляют в сотах для созревания».

Если в Минсельхозе согласятся с поправками сенаторов (среди производителей далеко не все согласны с такой трактовкой), то у покупателей появится шанс привлекать к ответственности мошенников.

— История с качеством меда давняя, — считает глава Союза потребителей России Петр Шелищ. — В свое время этот вопрос остро поднимал экс-мэр Москвы Юрий Лужков, который был страстным пасечником. Он давал поручения городскому правительству навести порядок. К сожалению, ничего не получилось.

— Но в чем причина? Сегодня введена поголовная маркировка продукции, на этикетке должна быть полная расшифровка, все прозрачно!

— Странно, что в новом законе «О пчеловодстве», принятом ради производства натурального меда, нет определения, что это такое. Но если нет такого определения, то невозможно доказать, что есть его подделка. Понятно, что законы на все случаи жизни не пропишешь. Допустим, нет же закона о натуральности мяса. Однако существуют государственные стандарты по каждому виду продукции. Но ГОСТы в начале 90-х годов прошлого столетия стали не обязательны к применению. Если производитель на своем продукте ссылается на конкретный ГОСТ, его можно привлечь за несоблюдение требований. А если не ссылается, то ничего и никому не обязан. Потому на нашем рынке сегодня такая вот вакханалия.

Инициатива сенаторов, безусловно, полезная, и ее необходимо поддержать.

— Если поправки в закон вступят в силу, значит ли это, что медовых «ловушек» для покупателей станет меньше?

— Не так быстро, как хотелось бы. Мошенники наверняка тоже что-то придумают. Но появится возможность привлекать их к ответственности. Сегодня много разговоров о том, что контролировать качество меда очень сложно. На мой взгляд, это не совсем так. Самые большие объемы фальсификата — на основе сахара, который выявляется современным оборудованием.

Источник: www.mk.ru

Читайте также