Свобода, равенство и франки

26

Парижской коммуне в марте исполнилось 150 лет. Ее имя до сих пор носят улицы и фабрики в российских городах. Социальный эксперимент по созданию государства нового типа в отдельно взятом городе провалился не только из-за военного вмешательства извне. На то были и финансовые причины.

Германские войска, продолжая наступление, вскоре дошли до французской столицы. 19 сентября началась осада Парижа, взятого в кольцо блокады. Уже в конце месяца в городе начались перебои с продуктами, сильно выросли цены. Блокада продлилась четыре месяца, одну неделю и два дня.

Большая часть более чем полуторамиллионного населения города оказалась без работы и средств к существованию. Стабильный доход получали только те, кто записался в Национальную гвардию — народное ополчение, выросшее во время войны до 300 тыс. человек. Национальному гвардейцу причиталось 30 су (1,5 франка) в день.

Лишившиеся доходов парижане были не в состоянии платить за жилье, им не хватало денег даже на пропитание. Люди выкручивались как могли: закладывали вещи в ломбарды, торговали вразнос газетами, пуговицами и тому подобной мелочью, попрошайничали, собирали картошку на нейтральной полосе между городом и позициями прусских войск.

Мелкие буржуа, владельцы мастерских и магазинов, не в состоянии были расплачиваться по кредитам. В этих условиях правительство временно запретило взыскивать арендную плату и платежи по кредитам. Все вещи стоимостью менее 15 франков, заложенные в ломбардах, были выкуплены за государственный счет.

Город был завален мусором и буквально тонул в дерьме — человеческом и лошадином. До войны обслуживанием парижской канализации занимались этнические немцы. Почти вся немецкая община покинула город, немногие оставшиеся превратились в людей низшего сорта.

Несмотря на обязательную вакцинацию, в Париже началась эпидемия оспы, из-за ухудшившегося качества питьевой воды стали распространяться холера и тиф, с наступлением холодов к этим болезням добавилась пневмония. В госпиталях хирургические операции часто заканчивались смертью, так как полную дезинфекцию обеспечить было практически невозможно.

В осажденном городе продуктов в продаже становилось все меньше, а цены, соответственно, постоянно росли. В письме жене, отправленном врачом Виктором Деспла из осажденного Парижа (почта пересылалась на дирижаблях и с помощью почтовых голубей), приводятся цены начала ноября. Капуста — 1–1,5 франка за кочан — дневная зарплата национального гвардейца. Картофель — 2 франка за ведро, кролик — 15 франков, курица — 10 франков, лошадиный и ослиный жир — 2–3 франка за фунт (0,49 кг — французский фунт отличался от английского и российского), ослиное мясо — 4 франка за фунт, масло — 30 франков за фунт.

Дальше — хуже. Даже по бешеным ценам еду становилось купить все труднее. Парижане начали есть кошек, собак, лошадей. С раннего утра перед мясными лавками выстраивались длинные очереди. В декабре в день забивали по 600 лошадей.

30 декабря в парижском зоосаде были застрелены два слона — Кастор и Поллукс. Туши были проданы мяснику за 27 тыс. франков. Та же судьба постигла и других обитателей зоологического сада: яков (195 франков за штуку), оленей (250 франков за лесного и 400 — за северного), зебр (350–400 франков), верблюдов (2–2,5 тыс. франков).

Рождественский ужин для многих семей состоял из вина, хлеба и крысятины.

Вино, пожалуй, единственное, что было не в дефиците. Театры, танцзалы, концертные залы в Париже не работали. В отсутствие других развлечений пьянство получило широкое распространение. В середине декабря запасы вина в городских подвалах составляли примерно 100 литров из расчета на каждого жителя, включая грудных младенцев.

Голодали, конечно, не все жители блокадного города. На благотворительном вечере в помощь парижским медикам, устроенном известным писателем и поэтом Арсеном Уссе в своем литературном салоне, чашка какао стоила 25 франков, бокал шампанского — 20 франков, канапе с фуа-гра — 5 франков, чашка чая или бокал столового вина — 25 сантимов. Входной билет — 20 франков. Но богатые парижане держались за счет запасов, сделанных до начала блокады.

Несколько попыток прорвать кольцо блокады закончились неудачей.

5 января 1871 года прусские войска начали бомбардировку Парижа. В некоторых районах снаряды разрывались каждую пару минут. За 13 дней обстрела был убит 81 человек, 207 получили ранения. За те же дни от оспы умерло более 800 человек.

16 января было официально объявлено, что в городе закончились запасы угля. По Парижу поползли слухи о скорой капитуляции. 18–19 января французы предприняли последнюю попытку прорвать оцепление города. Она закончилась неудачей.

18 января в занятом немецкими войсками Версале прусский король Вильгельм I был провозглашен императором Германской Империи. Произошло объединение Германии.

19 января в Париже были введены ограничения на продажу хлеба — в день 300 граммов на взрослого по цене 10 сантимов, 150 граммов на ребенка по цене 5 сантимов. 22 января хлеб запретили подавать в ресторанах, чтобы его хватило на то, чтобы продать всем желающим. Качество хлеба было отвратительным.

Бомбардировка Парижа закончилась 28 января. В тот же день город капитулировал — было заключено перемирие.

Через сутки после объявления перемирия рынки неожиданно наполнились продуктами, а цены упали. Куры подешевели с 65 франков до 25, кролики — с 50 до 20, все овощи также стали дешевле в два-три раза.

Британская империя и США направили в столицу Франции гуманитарную помощь. Парижский корреспондент газеты Illustrated London News сообщал: «Первые поезда с продовольствием прибыли 3-го числа — четыре состава по Орлеанской железной дороге и четыре по Лионской железной дороге. Каждый поезд состоял из 50 вагонов, всего они содержали более 4500 тонн мяса и муки… С 3-го по 7-е число были поставлены в общей сложности 1057 быков, 3093 овцы, 14 коров, 31 свинья, 856 тонн злаковых, 8050 тонн муки, 500 тонн печенья, 285 тонн консервированной говядины, 162 тонны консервированной баранины, 8 тонн соли, 80 тонн ветчины, 1435 тонн соленой свинины, 26 тонн свежей рыбы, 210 тонн трески, 140 тонн сливочного масла, почти 1000 тонн сыра, 74 тонны растительного масла, 1270 тонн овощей, 10 тонн фруктов, 27 тонн фуража, 70 тонн пирожных, 144 тонны других продуктов, 1740 тонн угля и 94 тонны овса». Продовольственные пайки выдавались со складов. К одному из них, расположенному в помещении универмага Au Bon Marche, выстроилась очередь, достигавшая 5 тыс. человек.

8 февраля состоялись выборы в Национальное собрание. В Париже в основном были избраны радикальные демократы. Жители провинции преимущественно голосовали за сторонников восстановления монархии, которым в итоге досталось большинство мест в парламенте. Главой правительства избран был Адольф Тьер.

26 февраля в Версале был заключен прелиминарный, сроком на два месяца, мир между Германской Империей и Французской республикой. 1 марта он был ратифицирован французской стороной. Согласно договору, Франция уступала Германии Эльзас и Лотарингию, а также должна была выплатить контрибуцию в размере 5 млрд франков.

Уже во время переговоров о мире в Париже начались народные волнения. 3 марта был сформирован Центральный комитет Национальной гвардии — альтернативный центр власти. В его руководство входили видные деятели рабочего движения, члены Международного товарищества трудящихся (1-го Интернационала).

Свобода, равенство и франки
При подходе армии версальцев к Парижу на улицах города было сооружено около 900 баррикад
Фото: Sepia Times/Universal Images Group via Getty Images

10 марта Национальное собрание приняло решение о переносе своих заседаний в Версаль, объявленный столицей Франции. Один из первых декретов правительства Тьера был направлен против Национальной гвардии: ежедневное жалованье в 30 су отменялось для всех, кто не мог доказать свою бедность и отсутствие работы. В итоге лишенные жалованья гвардейцы покинули Париж. Город стал более пролетарским, более радикальным. Еще сильнее обострило ситуацию в столице принятое 10 марта постановление Национального собрания о прекращении отсрочек по платежам. Все векселя, срок которых истек 13 ноября, требовалось оплатить к 13 марта, то есть за два дня. В течение пяти дней в Париже было опротестовано более 150 тыс. векселей. Также отменялась отсрочка платежей за жилье. Эти решения грозили финансовым крахом десяткам тысяч мелких буржуа и сотням тысяч рабочих и ремесленников. Париж бурлил.

Попытка правительства разоружить Национальную гвардию закончилась провалом. Утром 18 марта отряд правительственных войск попытался овладеть пушками Национальной гвардии, установленными на Монмартре. Его окружила толпа протестующих парижан.

Генерал Клод Леконт трижды отдавал приказ стрелять в народ, но солдаты отказались его выполнять.

Они братались с национальными гвардейцами, разоружили и арестовали офицеров и генерала Леконта (в тот же день он был убит).

С этих событий началось восстание. К вечеру в руках восставших был весь город. ЦК Национальной гвардии взял на себя функции революционного правительства. День начала восстания 18 марта стал первым днем Парижской коммуны.

26 марта состоялись муниципальные выборы, завершившиеся победой революционно настроенных сил. 28 марта было провозглашено создание органа городского самоуправления, объединившего исполнительную и законодательную власть,— Коммуны.

Состав Коммуны оказался разношерстным с точки зрения как социального происхождения (журналисты, врачи, адвокаты, рабочие, служащие, мелкие предприниматели и др.), так и политических убеждений (неоякобинцы, бланкисты, прудонисты, бакунисты, социалисты других направлений). Это неминуемо приводило к созданию группировок и политической борьбе и вредило совместным действиям.

Тем не менее за 72 дня своего существования коммунары успели сделать многое ради проведенных Коммуной реформ. Среди них — отмена рекрутского набора, ликвидация полиции (правопорядок должна была обеспечивать Национальная гвардия), признание за незаконнорожденными всех прав законных детей, введение всеобщего бесплатного начального обучения, отделение церкви от государства, а школы от церкви, передача театров в распоряжение коллективов артистов.

Из членов Коммуны были созданы десять комиссий: исполнительная; военная; продовольствия; финансов; юстиции; общественной безопасности; труда, промышленности и обмена; общественных служб; внешних сношений и просвещения.

Комиссии финансов поручалось составление бюджета города Парижа. В ее ведении находились вопросы финансирования, квартирной платы, а также Французский банк.

Французский банк был крупнейшим кредитным учреждением Франции. Он обладал исключительным правом выпуска банкнот. Основной капитал банка был разделен на 182,5 тыс. акций номиналом по 1 тыс. франков каждая. Ими владели около 15 тыс. акционеров, крупнейшим из которых был барон Альфонс Джеймс де Ротшильд, владелец Banque Rothschild. Курсовая стоимость акции была в шесть раз выше номинальной.

Уже в первые дни восстания коммунары сумели получить 500 тыс. франков от барона Ротшильда и 1 млн франков из Французского банка. После того как директор банка Гюстав Рулан сбежал в Версаль, руководить учреждением стал его заместитель маркиз Александр де Плек.

Как позднее заявлял де Плек, по состоянию на 20 марта во Французском банке хранились ценности (монеты, банкноты, ценные бумаги, золото, серебро, драгоценности) на сумму около 3 млрд франков, а также банкноты на сумму около 800 млн франков, на которых не хватало только подписи кассира. Версальское правительство не смогло вывезти все ценности, а Коммуна не стала их конфисковать. Вместо этого коммунары обращались к руководству банка с просьбой о выдаче средств в рамках обязательств банка перед муниципалитетом. Французский банк выдавал деньги только на выплату жалованья Национальной гвардии и всячески пытался саботировать этот процесс.

Коммуной был принят ряд решений, направленных на улучшение финансового положения широких народных масс. 29 марта Коммуна приняла декреты о квартирной плате и о ломбарде. Первый декрет начинался так: «Парижская коммуна, принимая во внимание, что труд, промышленность и торговля переносили все тяжести войны и что справедливость требует того, чтобы собственность также несла свою долю жертв, постановляет…» Всем съемщикам квартир и меблированных помещений отменялась плата за последний квартал 1870 года и первую половину 1871 года. Уже уплаченные суммы зачислялись в счет будущих платежей. Истекшим арендным контрактам был продлен срок на три месяца. Вторым декретом приостанавливалась продажа всех невыкупленных вещей, заложенных в ломбардах. Позднее был принят дополнительный декрет, по которому все заложенные личные вещи на сумму до 20 франков безвозмездно возвращались владельцам. Для погашения коммерческих векселей предоставлялась рассрочка сроком на три года, считая с 15 июля 1871 года.

Свобода, равенство и франки
Вандомская колонна, установленная в память о военных победах Наполеона I в 1805 году, была свергнута коммунарами. Операция по ее демонтажу обошлась в 5 тыс. франков. Операция по ее восстановлению в 1874 году обошлась уже в 323 тыс. франков, которые по решению суда должен был выплатить инициатор сноса художник Гюстав Курбе — ежегодными траншами по 10 тыс. франков. Курбе сбежал в Швейцарию, где впоследствии скончался. Его имущество и картины были проданы с целью погашения долга
Фото: GettyImages.ru

Серьезные реформы были проведены в области законов о труде. Коммуна запретила штрафы и незаконные вычеты из зарплаты рабочих и служащих, отменила ночной труд в пекарнях (рабочий день пекарей стал начинаться в пять утра), объявила о передаче кооперативам работников мастерских, брошенных бежавшими из города хозяевами, определила минимальный размер вознаграждения для лиц, состоящих в услужении.

Уплату 5 млрд Германии Коммуна постановила возложить на виновников войны — бывших депутатов Законодательного корпуса, сенаторов и министров Второй империи. Комиссия по народному просвещению повысила жалованье учителям, причем приравняла жалованье учителей-женщин к жалованью учителей-мужчин.

На заседании Коммуны 31 марта ее члены установили вознаграждение сами себе. Большинством голосов было принято решение, что оно составит 15 франков в день. Был также установлен максимум окладов служащим коммунальных служб — 6 тыс. франков в год.

На заседаниях 8 и 10 апреля были приняты решения о пенсиях инвалидам боевых действий и родственникам погибших бойцов. Каждому раненному при обороне Парижа и утратившему вследствие этого частично или полностью трудоспособность должна была назначаться пожизненная годовая пенсия в размере от 300 до 1,2 тыс. франков. Жене погибшего, состоявшей или не состоявшей в церковном браке,— 600 франков. Ребенку погибшего, признанному или непризнанному,— 365 франков до наступления 18-летия. В случае если ребенок остался без матери, он должен был воспитываться за счет Коммуны. Отцу, матери, братьям, сестрам — пенсия, пропорциональная их нуждам, в пределах от 100 до 800 франков на человека.

В середине апреля был принят также закон, по которому все преследования по долговым обязательствам приостанавливались на три года.

Революционный Париж не был поддержан остальной Францией. Лишь в нескольких крупных городах были провозглашены коммуны, просуществовавшие недолго (дольше всего в Марселе — десять дней). Война версальского правительства с коммунарами была неизбежной. Столкновения начались 2 апреля. Сторонники Версаля расстреливали пленных. Правительственные войска расстреливали взятых в плен коммунаров. Коммуна ответила декретом о заложниках. За каждого казненного национального гвардейца в Париже расстреливали троих заложников из числа военнопленных версальцев и лиц, обвиненных в связях с версальским правительством.

В конце апреля версальцы начали штурм форта д’Исси, одного из укреплений Парижа. 8 мая коммунары покинули форт. 20 мая начался артобстрел Парижа, на следующий день правительственные войска вошли в город. Кровопролитные уличные бои длились неделю. 28 мая Парижская коммуна пала.

Проспер Оливье Лиссагарэ в книге «История Парижской Коммуны 1871 года» приводит следующие цифры. «В июне 1872 года большая часть репрессивной деятельности была завершена. Из 36 309 пленников — мужчин, женщин и детей, не считая 5000 военнопленных — 1179, по признанию версальцев, умерли в тюрьмах. 22 326 освободили, продержав долгие зимние месяцы на понтонах, в фортах и тюрьмах».

К началу 1875 года было вынесено 293 смертных приговора, более 400 человек были приговорены к каторжным работам, около 4 тыс. заключены в крепости, около 3,5 тыс. человек приговорены к исправительным работам.

В уличных боях в последнюю неделю существования Коммуны погибло 3–5 тыс. человек. Число расстрелянных без суда оценивается в 15–30 тыс. человек.

Руководство Французского банка отметило падение Коммуны выплатой вкладчикам рекордных дивидендов — 300 франков на акцию (в 1870 году дивиденды составили 80 франков на акцию).

Расходы Коммуны за все время существования составили около 46,3 млн франков. Из них 16,696 млн были предоставлены Французским банком. Около 20 млн было получено за счет городских пошлин (в первую очередь октруа — сбора на ввозимые в город продукты питания). Рынки, торговля табачными изделиями, почта, телеграф, железная дорога также пополняли бюджет. Более половины расходной части бюджета составляли военные расходы.

Свобода, равенство и франки
Епископ Парижа Жорж Дарбуа был расстрелян в числе других заложников 24 мая 1871 года в последнюю, «кровавую» неделю существования Парижской коммуны
Фото: Art Media/Print Collector/Getty Images

За время существования Коммуны версальское правительство сумело получить из региональных отделений Французского банка, по разным оценкам, 257–315 млн франков. В финансовом плане противники Коммуны были намного сильнее, как и в военном.

Причин поражения Коммуны было много. Фридрих Энгельс во введении к работе Карла Маркса «Гражданская война во Франции» называет одну из них: «Коммуна в экономической области упустила многое такое, что, по нашим нынешним представлениям, ей необходимо было сделать. Труднее всего, разумеется, понять то благоговение, с каким Коммуна почтительно остановилась перед дверьми Французского банка. Это было также крупной политической ошибкой. Банк в руках Коммуны — ведь это имело бы большее значение, чем десять тысяч заложников. Это заставило бы всю французскую буржуазию оказать давление на версальское правительство в пользу заключения мира с Коммуной».

Алексей Алексеев

Источник: kommersant.ru

Читайте также