Сергей Карякин: обещаю, что до 35 лет точно буду играть в шахматы!

47

Серебряный призер матча за звание чемпиона мира 2016 года российский гроссмейстер Сергей Карякин в интервью специальному корреспонденту РИА Новости Олегу Богатову назвал основных фаворитов второго круга предстоящего турнира претендентов в Екатеринбурге, рассказал о главной задаче года и возможных вариантах развития карьеры.

После первого круга турнира претендентов, прошедшего в Екатеринбурге в 2020 году, лидируют француз Максим Вашье-Лаграв и россиянин Ян Непомнящий, набравшие по 4,5 очка из 7. По 3,5 балла в активе американца Фабиано Каруаны, россиянина Александра Грищука, нидерландца Аниша Гири и китайца Ван Хао, по 2,5 — у россиянина Кирилла Алексеенко и китайца Дин Лижэня. Вторая половина турнира начнется 19 апреля, победитель турнира проведет титульный матч с чемпионом мира норвежцем Магнусом Карлсеном.

— Сергей, кто на ваш взгляд, является наиболее вероятным претендентом на победу в кандидатском турнире в Екатеринбурге?

— Я не открою какой-либо тайны, если скажу, что это Ян Непомнящий и Максим Вашье-Лаграв, потому что они делят первое-второе места, и у каждого есть очень хорошие шансы. Ян в течении всего года демонстрирует сильную и уверенную игру в других соревнованиях, и поэтому, если он подойдет в такой же хорошей форме, как и перед первым кругом, и какая у него была в течении прошлого года, у него будут очень высокие шансы. Максим играет менее ровно, но, с другой стороны, это будет абсолютно новый турнир. Все как будто начинается заново, поэтому у него тоже есть приличные возможности для достижения успеха.

Не стоит также сбрасывать со счетов и Александра Грищука, и Фабиано Каруану, и Аниша Гири. Они идут на уровне 50 процентов набранных очков, но в случае одной-двух побед уже вплотную приближаются к лидерам. Поэтому выиграет тот, кто лучше всех подготовился и кому чуточку, я бы сказал так, повезет.

— Вас не удивляет прогресс в последнее время Гири, который уверенно выступает на крупных турнирах?

— Нет, потому что Аниш — один из тех шахматистов, которые работают, образно выражаясь, по 24 часа в сутки. Он предан шахматам, все время смотрит что-то новое, анализирует многие партии, и в этом плане он, конечно, большой молодец. И эти достижения стали результатом его большой работы.

— Непомнящий и Вашье-Лаграв имеют результат «+2». С учетом вашего большого опыта выступления в турнирах претендентов, какой показатель может гарантировать первое место?

— Сложно сказать. Потому что бывает так, что победу приносит результат +4″. А я, например, в турнире претендентов в Москве в 2016 году набрал «+3», и это было чистое первое место. Многое зависит от плотности участников: если никто не будет проигрывать много партий, не посыпется, то показателя «+3» должно точно хватить для дележа первого места. Но опять-таки все будет зависеть от игровой формы участников.

— У вас есть хорошие примеры успешного прохождения именно второго круга в турнирах претендентов. Понятно, что нынешнее соревнование особое, оно проходит через год, но, может быть, вы отметите, за счет чего это удавалось? И, возможно, что-то порекомендуете Яну?

— Мне сложно что-то советовать, потому что нельзя напрямую проводить параллели. Я считаю, что мне помогла хорошая физическая подготовка. Я готовился к турниру долгое время и подолгу занимался спортом. И когда ты играешь такую длинную дистанцию в 14 туров, то, конечно, со второго круга все соперники начинают уставать. И поэтому проявлялось мое преимущество, связанное с тем, что я был лучше готов физически. А когда турнир фактически состоит из одного круга, то такого фактора уже нет. Я не думаю, что в этом плане будет большая разница. Победит тот, кто опять-таки будет лучше готов, и кому чуть-чуть улыбнется удача.

Матч Карлсен — Непомнящий был бы интересен

— На ваш взгляд, какого чемпионского поединка ждет шахматная общественность: Карлсен — Непомнящий, Карлсен — Вашье-Лаграв, Карлсен — Каруана, Карлсен — Грищук, Карлсен — Гири?

— Поединок между Магнусом Карлсеном и Яном Непомнящим, безусловно, будет очень интересным. В общем-то любой из гроссмейстеров, который выиграет турнир, будет претендовать на то, чтобы победить Магнуса, потому что мы в последнее время видели, что Карлсен в целом не демонстрирует своей лучшей игры, и у любого победителя турнира в Екатеринбурге будут шансы.

Я бы еще добавил, что в этом соревновании не хватает американца Уэсли Со, который в последнее время показывает очень уверенную игру. Но, так или иначе, в турнире всего восемь мест, и невозможно включить в него всех ярких шахматистов. Но я бы с удовольствием посмотрел чемпионский матч между Яном Непомнящим и Магнусом Карлсеном. Это было бы очень интересно.

— А как бы вы оценили гипотетически шансы Яна?

— Я не склонен давать слишком много авансов. Все-таки Карлсен является чемпионом мира, и он в любом случае будет фаворитом поединка. И не важно, будет ли он играть с Непомнящим или с каким-то другим гроссмейстером. Но, с другой стороны, шансы есть, и нужно хорошенько подготовиться и использовать то, что Магнус сейчас находится не в лучшей форме.

— В прошлом году вы сказали, что считаете оптимальным проведение чемпионского матча не из 12, а из 14 партий. Позднее Международная шахматная федерация приняла такое решение. При таком регламенте у претендента будет больше шансов победить Карлсена или они не изменятся?

— Я думаю, что чем длиннее дистанция поединка, тем больше шансов будет у Карлсена. Во-первых, потому что он прекрасно развит физически и может спокойно играть хоть два месяца подряд. А во-вторых, когда более сильный шахматист играет против немного уступающему ему в классе, то чем длиннее дистанция, тем больше вероятность того, что более сильный гроссмейстер выиграет матч. Но это сугубо статистические выкладки, я никого не хотел обидеть этой фразой.

— Для вас, вероятно, главным турниром года станет Кубок мира. Как вы считаете, участие в турнире претендентов будет дополнительным плюсом для гроссмейстеров перед летним соревнованием?

— Конечно, ведь турнир претендентов, помимо того, что это отличный шанс отобраться на матч с чемпионом мира, является еще и прекрасной тренировкой. Ты садишься за доску и вспоминаешь, как надо воочию играть против сильнейших шахматистов мира. Это будет неким плюсом и к тому же хорошим тренировочным турниром.

Но, с другой стороны, я в декабре участвовал в Суперфинале чемпионата России, проходившем в очном формате, и играл в крупных онлайн-соревнованиях. Они, конечно, не заменяют игру за доской, но, тем не менее, заставляют держать себя в игровом тонусе.

— Для вас, наверное, хорошим подспорьем станет командный чемпионат России, запланированный на май?

— Честно говоря, я пока не знаю, буду ли в нем играть или нет. Я в любом случае ориентируюсь на то, что для меня самое главное — подготовиться к Кубку миру. То ли это будет участие в каком-то турнире, а потом пройдут тренировочные сборы. Или это будут только подготовительные сборы. Да, я планировал играть в этом соревновании, но сейчас в этом не уверен, потому что не уверен в том, что с точки зрения подготовки к Кубку мира будет правильно участвовать в нем. Может быть, есть смысл сначала отдохнуть, а потом провести полноценные сборы.

— Вы по-прежнему работаете с теми же специалистами, что и раньше?

— Тренерский штаб остался примерно таким же. Я много занимаюсь с Денисом Хисматуллиным, также я проводил сборы с одним из сильнейших российских гроссмейстеров, но я не уверен, что он даст мне разрешение на то, чтобы опубликовать его фамилию (с улыбкой). По крайней мере, в топ-5 или топ-10 по России он точно входит. Поэтому определенная работа идет.

— Вы по-прежнему тренируетесь с Юрием Дохояном и Александром Мотылевым?

— В рамках подготовки сборной России мы с ними сотрудничаем. А в плане индивидуальной работы в последнее время они занимались с Алексеем Есипенко, насколько мне известно. Я не вижу здесь ничего криминального, мы с ними занимались уже больше десятка лет, и иногда нужно просто почувствовать какую-то свежую кровь, начать, например, работать с человеком, в сотрудничестве с которым ты можешь получить какие-то новые идеи. В этом нет ничего страшного.

Одно дело, когда ты проводишь сборы с тренерами, которые являются прекрасными аналитиками и специалистами, но играют слабее тебя. И совсем другое, когда ты играешь с примерно одинаковым по силе соперником. Ты занимаешься вместе с ним, играешь тренировочные партии, конкурируешь, и в этом случае у тебя совсем другая мотивация. Я, например, перед титульным матчем с Карлсеном в 2016 году готовился вместе с Шахрияром Мамедьяровым. Ты, например, садишься за доску немного расслабленным, а когда он выигрывает у тебя одну-две партии, ты заводишься. Думаешь: подождите, я не должен проигрывать, я хочу выигрывать (с улыбкой). И это является хорошим стимулом для нас обоих. И мы с гроссмейстером, фамилию которого я не назову, и занимались вместе, и играли матч. Это было очень интересно.

— У вас с ним схожая манера игры или, наоборот, она разительно отличается?

— Нет, она совершенно противоположная.

— Вы ищете то, чего вам не хватает?

— В какой-то степени да. Я стараюсь от разных людей брать лучшее.

Уровень конкуренции возрос

— Сергей, если сравнить, к примеру, 2015 год и нынешний, насколько сложнее вам стало сохранять место в шахматной элите?

— Сейчас гораздо тяжелее, но здесь дело не только в том, сказывается возраст или нет (Карякину в январе исполнился 31 год). Мне кажется, что основная проблема связана с тем, что очень сильно вырос уровень конкуренции, и раньше я, скажу честно, не особенно напрягался для того, чтобы быть в первой десятке мирового рейтинга, это происходило как бы на автомате. А теперь это требует максимального сосредоточения твоих сил для того, чтобы находиться в топе, особенно в первой десятке. Сейчас конкуренция гораздо выше.

— Для вас одна из задач на этот год — вернуться в первую десятку (Карякин в апрельском рейтинге Международной шахматной федерации занимает 16-е место с 2757 очками, находящийся на десятой позиции азербайджанец Теймур Раджабов имеет в активе 2765 очков)?

— Да, естественно. Я об этом и говорю: вернуться в топ-10 сейчас очень сложно.

— С одной стороны, шахматы стремительно молодеют и прежде всего за счет прогресса игроков из азиатских стран. А с другой, многие известные гроссмейстеры, ранее добивавшиеся серьезных успехов, с возрастом постепенно начинают отходить от шахмат. Вы не задумывались о том, сколько лет себе отводите именно как активному игроку?

— Я могу торжественно пообещать болельщикам, что в ближайшее время, скажем до 35 лет, я никуда не уйду (с улыбкой). Что будет дальше, я пока не зарекаюсь. Но я даю слово, что еще четыре года я буду серьезно заниматься шахматами и постараюсь показать все, на что я способен.

— Почему именно до 35 лет, а не, к примеру, до 40?

— Это такая промежуточная, я бы сказал, планка, после взятия которой ты можешь вновь подумать и потом еще продлить контракт со своими болельщиками (смеется).

— Сергей, а кем вы видите себя спустя примерно 15-20 лет?

— Я не хочу, чтобы у меня в определенный момент началось какое-то скатывание в результатах, потому что я знаю шахматистов, которые были в мировой десятке, а потом они продолжали играть, и теперь уже выбыли из первой сотни рейтинга. Вот такого для себя я точно не хочу. Если я пойму, что объективно уже не выдерживаю этой гонки, то скажу: давайте я буду играть только в турнирах по быстрым шахматам и блицу. И, может быть, тренировать детей. Но пока я чувствую, что у меня еще есть боевая энергия и определенные шансы занимать высокие места, и поэтому еще хочу побороться.

— А вы ощущаете у себя предпосылки именно к тренерской работе?

— Нет, не ощущаю — потому что это совершенно разные направления и различные виды деятельности. Если говорить о том, чтобы кого-то тренировать, то мне, скорее всего, было бы интересно работать с ведущими шахматистами мира. А тренировать детей, видимо, все же нет. Например, моя супруга Галия очень хорошо занимается с детьми, но это не каждому дано, а у нее есть педагогический талант.

— Ваши дети, пятилетний Алексей и трехлетний Михаил, увлекаются шахматами?

— Да, но им больше нравится играть на планшете с компьютером, а не за доской. Но и с живыми соперниками они тоже могут сыграть — и с мамой, и со мной. По крайней мере, я вижу у них интерес к шахматам, а это уже очень много. Они могут потратить на шахматы чуть-чуть своего драгоценного времени (с улыбкой).

— А какими-то другими видами спорта они занимаются, или им еще рановато?

— Они ходят в «Школу героев» и начали заниматься хоккеем. Младший, Михаил, больше тяготеет к любому активному виду спорта, а старший, Алексей, к этому менее расположен и больше предпочитает проводить время дома.

— В 2016 году вы играли матч за звание чемпиона мира с Карлсеном. По вашим ощущениям, то повышенное внимание к вам в обществе, которое было тогда, сейчас сохранилось на прежнем уровне или уменьшилось?

— Оно уменьшилось, но в этом нет никакого криминала, потому что ты сыграл матч на первенство мира, и к тебе, естественно, было приковано все внимание. Потом проходит время, и если ты вновь не выходишь на чемпионский матч, то, конечно же, уровень внимания падает. Но, с другой стороны, я чувствую, что оставил некий след в российских шахматах и популяризации этого вида спорта в целом. И мне как раз, наоборот, очень приятно, что до сих пор люди узнают меня на улицах. И бывает даже, что в самых неожиданных местах (с улыбкой).

— Каких, например?

— Так было, к примеру, в организации Госуслуги, когда я оформлял загранпаспорт. Меня узнала учительница одной из школ и пригласила встретиться с детьми. И это только один из многих случаев. Узнают регулярно, и мне это действительно очень приятно.

Источник: rsport.ria.ru

Читайте также